15.08.2010 Высокопреосвященнейший Амвросий, архиепископ Готфский, совершил Всенощное Бдение и Божественную Литургию в Дружине Святого Креста, где в своей проповеди поведал:

"То, что вы услышали сегодня в Евангелии, хорошо известно всем. Сей евангельский сюжет – общеизвестен, но приобрел какой-то неприятный морализаторский оттенок. Напомню: богатый юноша вопрошал Христа: как ему спастись. Мессия отвечал, указывая какие следует исполнять заповеди, и выяснилось, что юноша их исполнял. И вот тогда Христос сказал, что если юноша хочет стать совершенным, то необходимо имущество свое отдать бедным, а самому ему последовать за Ним. Юноша опечалился и отошел. Апостолы даже ужаснулись, ибо не понимали, как возможно спастись человеку. Но Христос напомнил: тяжело богатому войти в Царство Небесное, легче верблюду проползти в игольное ушко. Но, что невозможно человекам, возможно Богу. В последних словах Христа есть некий каламбур: на арамейском слова «верблюд» и «канат» звучат почти одинаково. Как в буквальном смысле канату тяжело пройти в игольное ушко, также сложно верблюду войти в весьма узкие ворота Иеросалима, называемые в простонародье «игольным ушком». Если мы посмотрим греческий текст, то увидим, что Мессия не просто призывает к совершенству на словах. Он говорит две конкретные вещи: отдать богатое имение нищим, т.е. эвионим – особому церковному чину, которые отдали полностью свое имущество Церкви, а сами жили в крайней бедноте и собирали деньги на Мессианскую Революцию, и второе – последовать за Ним, - т.е. сопровождать Его, иными словами, быть в Его ближней охране, конвое. Т.е., почти наверняка подвергнуться убийству из-за угла. Именно это понятие употреблено: «аколуфи ми» - в Церкви еще долго существовал церковный чин аколуфов, т.е. конвойцев-епископов, переродившийся в современных свещеносцев. Но что невозможно человеку – возможно Богу: богатые не отвергаются, просто у них будут большие трудности.

Сегодня мы также празднуем память первомученика Стефана и праведного Никодима с Гамалиилом. Стефан – перводьякон, и он же – первомученик. Его смерть как раз следствие того, что он был безкомпромисен в своей открытой проповеди и вызывал бешенство среди лжеиюдеев. Но более интересны фигуры Никодима и Гамалиила. Никодим – одна из самых таинственных фигур в Евангелии. Он – даже сам автор одного из Евангелий, которое изъято из канона, но до сего дня читается на Страстную Субботу. Никодим – не просто тайный ученик Христа, он – член Синедриона. Как член Синедриона он выступал против Каиафы. Но какова была сила зилотов в то время, что их представитель заседал в Синедрионе. Он не знал как можно заново родиться старцу, - но Христос ему это объяснил и он принял сие объяснение, потому что ни капли не сомневался что перед ним Воплощенный ЯХВЕ. Не менее таинственна фигура великого Гамалиила. Он – учиталь многих раввинов и книжников, признанный авторитет в фарисействе, прямой наставник еще не обращенного Савла. И вот Гамалиил вместе со своими двумя сыновьями принимает Мессию! Для всего жидовства – это шок, который так никогда и не будет пережит. Занимательно, что его одноименный внук станет одним из обширных авторов в Талмуде и будет писать всякие гнусности против Iсуса. Будет вкладываться совершенно личная ненависть ко Христу, ибо его великий дед отверг все заблуждения и на основании, как раз, преданий старцев точно идентифицировал долгожданного Мессию. Я это говорю потому, что необходимо понят все разнообразие духовных и интеллектуальных исканий в июдейском сообществе времен Христа и Апостолов. Тайный ученик – член Синедриона, законодатель фарисейства – приемлет Мессию, а его ученик – в начале гонит христиан, а потом и сам обращается. Тоже самое богатый юноша, что временно отошел, - чуть позже снова появится в евангельском тексте и будет сопутствовать Христу. И когда его попытаются схватить, то он вырвется и оставит свою одежду и нагим бежит прочь. Он – один из мужей апостольских, и как все они, примет мученическую смерть за Христа. К тому времени он давно уже отдаст свое богатое имение эвионитам, т.е. в управление Церкви. В нашей Церкви, как и две тысячи лет назад, все люди – чрезвычайно разные. Не может быть никакой унификации, ибо несхожесть, индивидуальность и неравенство являются основами движения, а не застоя. Сама Божественная приснотекущая жизнь Церкви развивает различные Дары у различных людей. Только эти Дары должны быть не потрачены на ерунду, не закопаны в земле, а должны послужить Славе Божией. Есть историческая разница между первохристианской Церквовью и современной Катакомбной. Но это – одна и та же Церковь. И у нас есть свои Стефаны, Никодимы, Гамалиилы, и богатые юноши есть с имениями, и свои эвиониты, что отдали полностью себя на служение Церкви и жизнь свою кладут за нас с вами. Я хочу, чтобы евангельский сюжет был для вас не морализаторским этюдом, не философской притчей, не отвлеченным понятием, - но моделью поведения в жизни и применимым к вашей жизни каждого лично. Итак, идите и сопровождайте Христа-Спасителя. Аминь!"